• Как жизнь сделать вечной? Джованни Беллини и дож Лоредано

    Портрет дожа Лоредано считается одним из лучших творений венецианского художника Джованни Беллини (1430-1516). Спорить не приходится – произведение это по своим художественным достоинствам, по выразительности личностной характеристики выдающееся.

    Что замечаем мы в портрете прежде всего? Парчовую мантию разглядываем, экзотический головной убор, особого оттенка голубой фон? Нет, лицо человека.

    Видим природный ум и обретенную с годами мудрость. Высокий лоб в морщинах, умные, проницательные глаза, четкий рисунок губ, привыкших и повелевать, и улыбаться.

    Вот такие портреты творят со зрителем нечто странное. Внезапно я оказываюсь вне своего времени и пространства, путь изображенного на портрете человека вдруг пересекается с моим. Я не могу встретиться с ним взглядом, но все равно чувствую его и понимаю. Он – мой собеседник. Это та беседа, которую ведут давно и хорошо знакомые люди.

    Должно было пройти в истории живописи изрядное время – прежде чем художник решился не Сына Божьего, не Мадонну, не святых праведников, а живого человека развернуть лицом к зрителю. Чтобы ушел религиозный дидактизм из пространства произведения живописи, чтобы ушло сакральное – и осталось человеческое.

    Потому этот портрет революционен для истории венецианской живописи. Он был одним из первых, где анфас оказался изображен реальный, живущий человек.

    А для Беллини портрет Лоредано необычен потому, что обычно он писал людей молодых – сохраняя для веков быстро уходящую юность и красоту своих героев. Почему он взялся писать пожилого человека?

    На первый взгляд, ответ прост. Дож оказался на портрете прежде всего потому, что Беллини был официальным живописцем Республики. Портрет этот – парадный, его предназначение – быть в составе галереи портретов венецианских правителей Дворца дожей.

    Такое объяснение самое простое, очевидное. Но я вижу на портрете не выборного чиновника в диковинной униформе, а Человека. Я благодарен художнику. который подарил мне это зрительное и интеллектуальное наслаждение – встречу с личностью, сквозь пять веков.

    Я вижу, что героем портрета стал человек уникальных достоинств. Интеллект, опыт, компетентность, талант дипломата – личность Леонардо Лоредано созданы сплавом этих компонентов.

    Почему требовалось несколько раз из все уменьшающегося списка отбирать кандидатов в дожи – понять несложно. Но почему надо было просеивать сквозь частое сито выборов – состав выборщиков? Да потому, что островное государство существовало в качестве республики. Светлейшая Республика Венеция, Республика Святого Марка – так официально именовалась она с конца седьмого века по конец века восемнадцатого.

    Республика – от латинского res publica, что значит «дело народа». Пусть народом называется лишь две с половиной тысячи членов Большого Совета, но интересы и такого малочисленного «демоса» вне выборной системы учесть затруднительно.

    Учли все – и 2 октября 1501 года дожем стал Леонардо Лоредано. К моменту избрания ему было 65 лет. Портрет. выполненный Беллини, датируется примерно этим временем. Править Венецией дожу Лоредано предстояло до смерти в 1521 году.

    Это в наши времена 65 лет – возраст, можно сказать, начала новой жизни. Только не усмотрите в этих моих словах, дорогой читатель, усмешку. Приходилось встречать молодых людей шестидесяти от роду лет. Таковы они по мироощущению, подвижности, готовности воспринять новое. Включенность таких людей в жизнь Интернета – лишнее этому доказательство.

    Но 65-летний правитель в шестнадцатом веке? «Ветхий деньми» престарелый патриарх. Разве таков он на портрете?

    «Он был худощав, высок ростом и силен духом, отличался хорошим здоровьем, вел размеренный образ жизни, был вспыльчив, но разумен в управлении государством. Не будучи изощренным оратором, умел хорошо излагать свои мысли и убеждать. Он был справедлив и строг, но в то же время умел делать своими друзьями даже тех, которые расходились с ним во мнениях и против которых он боролся. Подвластные Венеции города, сообщества и частные лица приветствовали его избрание в прозе и стихах. Его правление оказалось поистине одним из самых значительных благодаря великим и счастливым событиям, в которых Венеция проявила себя как наиболее сильное из государств не только Италии, но и всей Европы». – так писал о доже Лоредано Андреа да Мосто.

    Беллини, как очевидно, именно такую характеристику своему герою и дает в рассматриваемом портрете. Он предсказывает блистательное правление великого дожа.

    Правление было блистательным по результатам – но тревожным в частностях. Порой, как кажется, спокойное, даже холодное лицо дожа искажалось от переживаний. От гнева и горя?

    Возможно, Леонардо Лоредано переживал эти чувства. Он стоял во главе Республики Святого Марка в страшный момент ее истории – когда против Венеции в Камбрейскую лигу объединились Священная Римская империя, королевства Французское и Испанское, и этот союз был освящен покровительством Римского папы.

    Против Венеции были в тот момент не только сильные мира сего. Казалось, против была и стихия случая. Погиб венецианский корабль, везший казну, взорвался пороховой склад, оказался разрушен государственный архив. Самое же главное – отчаяние овладело венецианцами.

    Против воли случая, против отчаяния сограждан, за Республику Венецию выступил Леонардо Лоредано. Его умная политическая игра смогла внести разлад в отношения членов лиги, заручиться поддержкой Святого Престола и добиться конца войны.

    Историческая канва, по которой вышита человеческая жизнь, конечно, имеется в виду, когда знакомишься с произведениями живописи, в которых находят отражение подлинные события, героями которых выступают реальные люди.

    Но отвлекаешься от истории событий и дат, от так называемой истории политической – и начинается история человеческая. Вот так история распадается на частности – чтобы соединиться в нечто большее, нежели сухая хронологическая схема.

    Историю человеческую населяют люди. Они глядят на нас с живописных полотен. Так жив для нас и Леонардо Лоредано. Художник продлил ему жизнь. Сделал ее вечной? По крайней мере, жизнь эта длится, пока существует портрет Леонардо Лоредано, пока существуем мы, в некое мгновение своей жизни остановившиеся перед этим шедевром Беллини.